ОРОКИ (УЛЬТА)

 

Ороки (Ульта)

  Численность – 350—360 человек (на 2001 г.).
  Язык – тунгусо-маньчжурская группа алтайской семьи языков.
  Расселение – Сахалинская область.

  Ульта — народ на Сахалине. Самоназвание — ульта, ульча, ольча (возможно, от ула — олень). Айны, их южные соседи, называют их ороко, орокхо, нивхи — оронгта, орнышку. Этноним ороки, как и орочи, орочоны — от оро (олень) — указывал на главное занятие этих народов. В настоящее время ороки зовут себя ульта.

  С середины XIX в., а возможно и ранее, в языке существовал южный говор, отличный от северного. Создается письменность на основе кириллицы. В 1989 г. орокский язык считали родным лишь 44,7 %.

  К середине XIX в. сформировались две территориальные группы. Северная заселяла срединную часть Северного Сахалина, южная — включала 12 селений ороков, проживающих вместе с айнами в южной части острова от залива Терпения до залива Анива.

  В формировании культур южной и северной групп многое зависело от контактов с другими аборигенными народами — нивхами, айнами, амурскими народами. Начиная с середины XIX в. для добычи уникального местного соболя на Сахалин ежегодно приезжали жители Нижнего Амура, поддерживавшие с ороками давние связи. Некоторые амурские охотники женились на орокских женщинах и оставались на Сахалине. В тот же период северная группа переселилась на Амур, в район расселения ульчей.

  Хозяйство носило комплексный характер. Северные занимались оленеводством, охотой, рыболовством, морским зверобойным промыслом. Оленеводство имело в основном транспортное направление, оленей доили. Каждая семья держала 20—30 голов вьючных, верховых или запрягаемых в нарты оленей, на которых зимой отправлялись на промысел в тайгу. Охотились с луками, копьями, позже — с огнестрельным оружием — на медведя, северного оленя, с петлями — на соболя, с давящими ловушками (капира, нангу) — на других мелких зверей, с самострелом (дэнггурэ) — на лисиц. С наступлением весны перебирались на восточное побережье Сахалина и жили здесь до осени. Промышляли нерпу, сивуча, ларгу, а также рыбу, прежде всего лососевых. Морского зверя добывали гарпунами (пара) с костяной головкой и железным вкладышем, острогами (дарги) с очень длинным — до 15 м — древком и «рулем» — насадкой (лаху) на ее переднем конце. С конца XIX в. в морском промысле стали широко применять огнестрельное оружие. Для ловли рыбы пользовались разнообразными сетями (адули), неводами (кэрэку), удочками (лочо, умбу) и острогами (падари, дэгбо), строили запоры-заездки (пинди).

Верхом на олене
Верхом на олене (северные ороки)

  На зиму запасали вяленую рыбу (юколу), рыбий жир, мясо лесных и морских зверей. Жир последних употребляли зимой для освещения, а шкуры — для пошива одежды и обуви. Занимались собирательством.

  Поначалу южные ороки имели небольшое количество оленей, но со временем они их лишились и стали безоленными. Основными их занятиями были рыболовство, морской зверобойный промысел и охота в тайге с ручной нартой и одной-двумя собаками. В обмен на пушнину они получали муку, крупы, ткани, металлические инструменты (ножи, пилы, копья), огнестрельное оружие и боеприпасы.

  Средством передвижения служили нарты. Оленья нарта северных ороков с широкими полозьями трехгранного сечения, с косыми копыльями. Садились на нее верхом, поставив ноги на полозья. Нарты были грузовые (дан оксо) и ездовые (нути оксо) для одного-двух оленей. В каждом хозяйстве имелся необходимый набор вьючных и верховых седел, переметных сум. Южные ороки использовали ручную нарту амурского типа (оксо), узкую, с двусторонне загнутыми полозьями и прямыми копыльями, либо сохранившуюся старую оленью нарту, в которую припрягали одну-двух собак. Лыжи аналогичны амурским голицам (каяма), подволоки подклеивали снизу камусом или нерпичьей шкурой (кумултэ, сунгилта). По воде передвигались на лодках-долбленках, купленных у нивхов, или плоскодонках, приобретенных у айнов.

  В течение многих лет жили в небольших летних и зимних поселениях. Когда-то зимой ороки обитали в землянках, при передвижениях возводя временные конические жилища из жердей и коры (аундау). Летние жилища (каура) двускатной формы сооружали из крупных хвойных деревьев. На расстоянии в несколько метров друг от друга ставили две бревенчатые треноги, а сверху укладывали горизонтальную перекладину, конек. Наклонные жерди от конька до земли составляли каркас стен, который покрывали корой хвойных деревьев. Вокруг сооружали хозяйственные постройки — амбары на сваях (далу), лабазы — помосты на сваях, вешала. Зимними жилищами служили конические чумы (каундау), основой конструкции которых была тренога из массивных бревен со связанными верхушками. По кругу, диаметром до шести метров, к этой треноге крепили тонкие жерди. Сверху чум устилали покрышками (гуйдэ) из нерпичьих или оленьих шкур, рыбьих кож, бересты. В центре ставили очаг. В самые суровые зимние месяцы северные ороки перебирались с оленями в верховья горных незамерзающих рек, перевозили туда и свои чумы. В конце зимнего сезона их разбирали, жерди складировали в лесу, а покрышки сворачивали и увозили с собой. В отличие от северных южные ороки иногда оставляли свои зимники на местах. Зимой жили в четырехугольных каркасных домиках с двускатной крышей, покрытой берестой.

Женщина в летнем левополом халате
Женщина в летнем левополом халате из японской ткани. Южный Сахалин

  Комплект одежды ороков состоял из летнего тканевого халата (покто), коротких штанов (пэру) из ткани, рыбьей кожи или шкуры и ноговиц (гару) на пояске (тэлэги). Женские халаты из рыбьей кожи (вэлтэли, уттэури) сохранились лишь в памяти стариков, поскольку одежду стали приобретать на ярмарках. В начале ХХ в. начали носить мужские рубахи русского покроя из ткани, якутские суконные халаты на подкладке (ульбаху). Промысловая одежда — куртки (пэтэгэ), юбки до колен (хоссэ) из нерпичьих шкур, нагрудники (ауту, даллу) из оленьей шкуры. Зимняя верхняя одежда — мужские шубы (сун) из осенних шкур диких оленей, а женские — из лапок соболя, лисицы и оленьего меха. Мужские и женские головные уборы имели форму капора, по-разному скроенного. Непременной частью свадебной и праздничной женской одежды были нагрудники из сукна (нэллу) эвенкийского типа, украшенные бисером и вышивкой (иногда их использовали также как элемент погребального комплекта). В начале ХХ в. у северных ороков появились фартуки, украшенные пуговицами, бисером, подпоясанные поясом. Женщины носили серебряные украшения: нагрудные (сэлтэ), накосники (узи), ушные и носовые серьги, ручные и ножные браслеты. Обувь поршневидная (амурская) и башмаковидная (тунгусская). Для обозначения видов обуви существовало много терминов (эмтирэ, монд, доки, муру, хосома утта).

  Традиционная пища — сырая, вяленая (юкола), мороженая, вареная, копченая и соленая рыба; мясо сухопутных и морских животных; ягоды, орехи, съедобные растения, морская капуста и др. Ритуальным блюдом считалось мясо собаки, которое отваривали и ели перед уходом на промысел.

  Брюшко и наиболее жирные куски рыбы ели, обжарив на углях и обмакивая их в рыбий или нерпичий жир. Из юколы варили суп, заправляя крапивой, стеблями кувшинок, морской капустой и сдабривая рыбьим жиром. Из мяса нерпы, оленя, диких животных и раковин готовили бульон, добавляя в него листья молодой полыни, крапивы, борщевика. Морскую капусту разваривали до получения студенистой массы и ели с вареной рыбой. Делали рыбный или мясной шашлык, рыбный паштет, который ели с ягодами, черемшой, диким чесноком. Варили кишки кеты и толстые кишки оленей (мипу,) наполненные кровью. Во время медвежьего праздника кроме отварного медвежьего мяса готовили из кожи горбуши и кеты студень (мось), а также варили супы, жидкие и густые каши, растительные блюда (отварные папоротник, борщевик, полынь, стебли и корни кувшинок, корни лопуха, черемшу, дикие чеснок и лук), ели также морошку, голубику, чернику, шикшу, бруснику, шиповник, кедровые и стланиковые орехи. В большом количестве употребляли рыбий и нерпичий жир, медвежье сало и масло, сбитое из молока оленей. Из ягод черемухи пекли лепешки.

Девочка — ульта  Девочка — ульта (южные ороки), с. Речное

  У ороков насчитывалось 13 родов, восемь «парных» — «больших» (дан) и пять «маленьких» (нути), например дан Баяуса — нути Баяуса. Некоторые из них находились в родстве с амурскими ульчами, удэгейцами.

  Стараниями православной миссии в конце XIX в. ороки были обращены в христианство. Они посещали церкви, крестили детей, имели иконы, но сохраняли при этом прежние анимистические представления, промысловый культ: почитали духов-покровителей, духов-хозяев зверей, рек, тайги, сопок, обращались к ним с просьбами о благе, здоровье, об успешной охоте. Существовал культ морских животных. Согласно обряду черепа добытых животных бросали в море, как бы возвращая их главному хозяину — духу Тэуму. Ему же приносили жертвы весной и осенью, опуская в воду пищу из особой ритуальной посуды. Перед началом охоты на пушного зверя приносили в жертву собаку, мясо которой съедали, а кости помещали в сруб около места, где собирались охотиться. Широко известен у ороков культ медведя. Добытому в тайге зверю устраивали торжественную встречу в поселке: перед мордой уложенной на земле туши расставляли угощения. Пойманного в лесу медвежонка растили в срубе до двух лет, затем устраивали медвежий праздник.

  В шаманстве ороков есть множество элементов, широко известных у нанайцев и ульчей, от последних во множестве заимствованы детали костюма и аксессуары шамана. После русско-японской войны 1904—1905 гг. южная часть Сахалина почти на полвека отошла к Японии, поэтому южные ороки подверглись сильной японизации.

  Из жанров фольклора можно выделить космогонические сюжеты о происхождении Вселенной, Земли, людей; тотемические — о происхождении орокских родов от животных (медведя, нерпы и пр.), а также героический эпос (нинма(н) о богатыре с оленьим копытом, о небесных женщинах-богатырках. Имеются бытовые, волшебные, детские сказки (нинма(н) о животных (хитрой лисе-обманщице, жадной, злой вороне, о красных волках); сказки с заимствованным сюжетом (сахури); устные рассказы (турпин); предания, мифологические рассказы (тэлуну) — легенды о межродовой борьбе, переселении, родовой мести, сильных людях и выдающихся личностях рода, о тотемных животных; календарные, лирические, свадебные, колыбельные, ритуальные песни (яя(н), хэхэ-хэ-хеккэ); частушки (яята); пословицы, поговорки, шутки, дразнилки, приметы, загадки (гайаво), запреты (эннэври-эннэури, папу(н).

  Главный персонаж космогонического сюжета – герой Хадау. Он творит Землю, спасает жизнь на Земле, создает культурные ценности и шаманские ритуалы.

  В разнообразной по жанру музыке центральное место занимают песенные импровизации (хээгэ).

  Общий термин для обозначения музыкальных инструментов — тэккэрэ. Известны койо — свисток из тальника (либо из кости), пупа — пищалка-манок из бересты, буриккэ — охотничий лук, хули — тетива, а также два типа варгана: кунга — деревянный пластинчатый и мухан’е — металлический дуговой. Шаманский бубен (дали) относится к амурскому типу. В число погремушек шамана входил и бронзовый зеркальный диск (толи), согласно преданию, отражающий стрелы злых духов.

  Сейчас традиционная культура ороков находится на грани исчезновения. Живут они в основном в с. Вал и пос. Ноглики, южная группа — в г. Поронайске и на о-ве Южный. Готовится к изданию букварь орокского языка.

статья из энциклопедии "Арктика - мой дом"

   
 

Мудрый лис

  КНИГИ ОБ ОРОКАХ (УЛЬТЕ)
  Брылкин И. Письма с Сахалина //Зап. Сиб. отд. РГО. 1864. Кн. 7.
  Васильев Б.А. Основные черты этнографии ороков //Этнография. 1929. № 1.
  Роон Т.П. Уйльта Сахалина: Историко-этнографическое исследование традиционного хозяйства и материалы культуры XVIII – сер. ХХ веков. Южно-Сахалинск, 1996.
  Сказки народов Дальнего Востока. Владивосток, 1974.
  Смоляк А.В. Южные ороки //СЭ. 1965. № 1.

Читайте также: КЕРЕКИ  ДОЛГАНЫ  СААМЫ 

0.0166 s